Период работы на посту Министра энергетики.

В марте 1995 г. Виктор Храпунов был назначен на пост Министра энергетики и угольной промышленности. Вследствие крупной государственной реформы в период с марта 1997 г. до середины июня 1997 г. он недолгое время будет возглавлять расширенное Министерство: к сфере его ведения в качестве Министра также добавятся два ранее автономных министерства (Министерство геологии и Министерство нефти и газа).

Благодаря этой первой министерской должности Виктор Храпунов вновь смог применить свои знания и опыт инженера. Если в середине 1980-х гг. он занимался производством и распределением электрической и тепловой энергии в городе Алматы, то десять лет спустя он выполняет аналогичную работу, но уже в масштабах всей страны, – в качестве Министра.

В тот момент, когда Виктор Храпунов возглавил Министерство энергетики, страна, в которой все еще господствовали обычаи советского режима, находилась на грани энергетического удушья. В частности, было очень трудно добиться от промышленных предприятий оплаты счетов за потребленную электроэнергию. В результате этого Министерству энергетики крайне не хватало средств на поддержание в рабочем состоянии, реконструкцию и развитие существующей инфраструктуры. Здания и оборудование пребывали в состоянии крайней обветшалости: около 60% энергопредприятий страны находились в полуразрушенном состоянии. Кроме того, у Министерства накопилась колоссальная задолженность перед соседними странами за поставки электроэнергии: в 1995 г. только перед Россией задолженность Казахстана составила 450 миллионов долларов.

Проблемы того периода отчетливо видны из статистических данных. Всего за несколько лет, прошедших после провозглашения независимости страны, показатели производства электроэнергии в Казахстане упали больше чем на треть: с 88 миллиардов киловаттчасов (электрическая энергия, необходимая для удовлетворения потребностей страны) до 66 миллиардов киловаттчасов. Для сравнения отметим, что в 1986 г., в советский период, когда казахстанская промышленность еще работала на полную мощность, потребление электроэнергии достигло рекордной отметки в 104 миллиарда киловаттчасов (включая импорт из-за рубежа, так как производство электроэнергии внутри страны составило 88 миллиардов киловаттчасов).

Инфраструктура энергетического сектора, унаследованная Виктором Храпуновым от его предшественников, была крайне слаба: обветшавшая, нестабильная, с огромными задолженностями. Кроме того, предприятия отрасли были неспособны обеспечить базовые поставки электроэнергии населению, которое ежедневно страдало от последствий этой ситуации. Необходимо отметить, что в такой стране как Казахстан обеспечение энергоснабжения является сложнейшей задачей с точки зрения логистики. Нужно удовлетворить потребности региона, c одной стороны, относительно малонаселенного (15 миллионов жителей), с другой стороны огромного по площади (в пять раз превышающего по размерам территорию Франции). В первой половине 1990-х гг., после развала Советского Союза, централизованное государство оказалось неспособным справляться с взятыми на себя обязательствами. Из-за отсутствия финасовых ресурсов проиводители электроэнергии не могли закупить топливо и другие компоненты. Автоматитечкая частотная разгрузка постоянно отключала потребителей, как правило из числа населения. Министру  пришлось ввести систему нормирования подачи электроэнергии по всей стране. Веерные отключения в одинаковой мере касались как добросовестных потребителей, так и неплательщиков. К сожалению, этого невозможно было избежать: электричество отключалось квартал за кварталом, иногда на 6 часов в сутки, – и в течение этого времени также прекращалась подача воды населению, поскольку не работали электрические насосы.

Для решения этой проблемы Министры, предшествовавшие Виктору Храпунову на этом посту, ввели увеличение цен. Тем не менее, эта мера не позволила улучшить ситуацию, она даже оказалась контрпродуктивной: недовольные низкокачественным обслуживанием потребители чувствовали себя вправе не оплачивать счета за электричество, которые казались им неоправданно завышенными, что способствовало дальнейшему обострению финансовой ситуации в Министерстве. Помимо всего прочего, премьер-министр Казахстана, после утвержденных Комитетом по регулированию за деятельностью естественных монополистов тарифов, выступил с заявлением о том, что население может не оплачивать счета, выставляемые энергетиками. Испугавшись недовольства населения которое грозило перерасти в бунт, он принимает постановление Правительства и узаконивает неоплату за потребленную энергию.

Окружив себя компетентными специалистами, Виктор Храпунов предпочел избрать иной подход к решению проблемы. Он подготовил программу полного реформирования работы системы энергоснабжения и представил ее на рассмотрение правительства. 30 мая 1996 г. программа была принята. Согласно этой программе: во-первых, по-новому распределялась ответственность за обеспечение подачи электрической и тепловой энергии населению между центральными и местными властями: контроль за основными предприятиями и инфраструктурой сектора остался в ведении Министерства, тогда как на местные власти (региональные и городские) была возложена ответственность за энергоснабжение на соответствующей территории. Таким образом, местным властям пришлось отвечать перед населением за отключение электроэнергии, – при этом они не могли больше, как раньше, перекладывать ответственность на центральное министерство. В результате, власти на местах теперь были заинтересованы в том, чтобы не оставлять безнаказанными местные предприятия, не оплачивающие счета за потребленную электроэнергию. Таким образом, первая цель реформы Храпунова была достигнута: доходы увеличились.

Кроме того, согласно второй части программы предусматривалось:

  1. Создание компании, которая наделялась правом национального оператора, в обязанности которой входит регулирование частоты электрической энергии, контроль исполнения договоров на поставку электроэнергии, представление интересов Казахстана при решении вопросов энергоснабжения с энергетическими компаниями других государств. Cозданная компания получила имя КЕГОК  (Kazakhstan Elektric Grid Operation Company).
  2. В государственной собственности оставалось девять электростанций:
    • Четыре гидравлические электростанции: Бухтарминская, Усть-Каменогорская и Шульбинская на реке Иртыш, и Капчагайская ГЭС на реке Или.
    • Четыре тепловые электрические станции: Экибастузские ГРЭС №1 и №2, Аксуйская ГРЭС, Карагандинская ГРЭС №2, работющие на твердом топливе.
    • Джамбульская ГРЭС, работающая на природном газе.
  3. Организация рынка электрической энергии. Разработаны положение, правила и условия функционирования рынка. Рынок начал функцировать.
  4. Создание биржи по продаже электрической энергии.
  5. После выполнения этих условий, оставшиеся предприятия по производву электрической энергии и вновь созданные распределительные компании электроэнергии передавались в конкурентную среду.

Необходимо отметить, что в Казахстане разгосударствлением и приватизацией занимаются специально созданные для этого Комитет по управлению государственной собственностью и Комитет по приватизации государственной собственности, которые подчиняются на прямую президенту и премьер-министру Казахстана. Министр энергетики и угольной промышленности входит в состав комиссии, как один из 15 членов комиссии, и естественно повлиять на уже решенный процесс приватизации никак не может.

Задействуя рычаги законов рыночной экономики, необходимо было ввести принцип конкуренции между предприятиями-производителями энергии, а также предприятиями по энергоснабжению. В результате удалось добиться лучшего управления инфраструктурой, вследствие чего увеличился объем производимой энергии (такова была вторая цель реформы Храпунова).

Реформа, принятая в мае 1996 г., быстро дала результаты. Стабилизировав ситуацию в энергетической отрасли, она способствовала переходу от плановой системы к зарождающейся рыночной экономике. Было проведено разделение предприятий на производителей, транспортировщиков энергии и компании по энергоснабжению. Вступили в силу правила конкуренции между хозяйствующими субъектами, что привело к большей прозрачности при установлении тарифов для потребителей, которые теперь могли свободно выбирать производителя и поставщика энергии. После того, как с кризисом удалось справиться, немедленно пробудился личный интерес президента Назарбаева к энергетическим предприятиям страны.

В большей части именно по этой причине реформа до конца не увенчалась успехом. Виктор Храпунов хотел ввести ряд ограничений на приватизацию предприятий энергетической отрасли, разрешив ее только для небольших структур, и оставить в руках государства четыре крупнейших гидроэлектростанции страны, пять тепловых электростанций, которые представляли собой 20% от общей численности, но производили при этом около 50% общего объема произведенной энергии. По его мнению, эта часть предприятий должна была остаться за пределами каких-либо спекуляций. Нужно было сохранить за государством контроль над энергетическими легкими страны, чтобы защитить высшие государственные интересы, в частности, способность государства автономным образом обеспечивать электроэнергией всю территорию страны, вне зависимости от экономической или политической ситуации как внутри страны, так и за ее пределами. В основе этого стремления обеспечить стране энергетическую независимость и самостоятельность лежал и социальный фактор: отключение электроэнергии особенно болезненным образом отражалось на самой уязвимой и малоимущей категории населения. Таким образом, государство обязано было сохранять суверенный контроль в этой сфере для удовлетворения основных потребностей всего населения на всей территории страны.

В качестве министра Виктор Храпунов выступил категорически против приватизации крупнейших электростанций страны. Но его влияния было недостаточно чтобы противостоять аппетитам президента республики. Отдавая директивы напрямую премьер-министру, в обход соответствующего министра, президент постепенно развалил сеть энергетических предприятий. Зная, что его министр противится продажам, в обход него он дал ряд инструкций Госкомимущества и Госкомпривату. Несмотря на то, что Министр энергетики входил в состав правительства, о принятии некоторых постановлений правительства он узнавал только тогда, когда они были уже подписаны. А в тех случаях, когда это все-таки происходило, ему оставалось только констатировать, что продажа уже совершена.

Так, в нарушение положений майской реформы 1996 г., принятой правительством, одну за другой Нурсултан Назарбаев организовал передачу всех самых мощных электростанций страны членам своей семьи или аффилированным к ней компаниям. Сегодня Виктор Храпунов может засвидетельствовать это, он может рассказать, как энергетические ресурсы страны стоимостью в несколько миллиардов долларов были проданы за бесценок, всего за несколько миллионов. Приведем несколько примеров:

  • В 1996 г. Ермаковская ГРЭС (мощностью в 2400 МВт) была передана Евразийской группе.
  • В том же году Карагандинская ТЭЦ-2 (мощностью в 400 МВт) передана компании г-на Миттала (индийского олигарха, проживающего в Лондоне).
  • В 1997 г. предприятие Казцинк (принадлежащее компании Glencore) приобрело Бухтарминскую ГЭС, самую мощную в Казахстане (мощностью 500 МВт).
  • В сентябре 1997 г. Усть-каменогорская (150 МВт) и Шульбинская ГЭС (700 МВт) переданы компании AES, всего за 5 млн. долларов.
  • В 1999 г. Джамбульская ГРЭС (1200 МВт) передана компании Тимура Кулибаева.
  • В 1998 г. Балхашская ТЭЦ (70 МВт) передана компании Казахмыс.
  • В 1996 г. Карагандинская ГРЭС№2 (500 МВт) отдана компании Казахмыс.
  • В 1997 г. Джезказганская ТЭЦ (120 МВт) передана компании Казахмыс.
  • В 1997 г. Капчагайская ГЭС (460 МВт) передана компании Трактебель.
  • В 1997 г. Экибастусская ГРЭС 1 (4000 МВт) передана компании АЕS, всего за 5 млн.долларов.
  • В 2006 году Н.Назарбаев выкупает назад у компании АЕS  Экибастузскую ГРЭС №1 за 2.0 миллиарда долларов. – это не что иное как отмывание денег.

Эта распродажа энергетических ресурсов – свидетельство скандального личного обогащения и недопустимого разграбления достояния казахстанского народа. Она влечет за собой крайне серьезные финансовые последствия, причем не только всякий раз, когда очередной объект национального достояния ликвидируется за бесценок, но также в ближайшем будущем и в долгосрочном плане, при последующей эксплуатации объектов и сооружений новыми владельцами. Результатом этого становится недостача, измеряющаяся миллиардами долларов, которые вместо поступления в государственную казну служат дальнейшему обогащению клана Назарбаевых.

Пример Бухтарминской гидроэлектростанции служит прекрасной иллюстрацией этого феномена. В 1960-е годы весь Советский Союз участвовал в строительстве этого грандиозного объекта, с плотиной 90-метровой высоты. Были затрачены колоссальные средства. Сегодня эта ГЭС по-прежнему занимает 20-е место в числе крупнейших водохранилищ в мире. За время 25-летней эксплуатации этого объекта, введенного в действие в 1964 г., удалось амортизировать все инвестиции, затраченные на его строительство. За исключением текущих эксплуатационных расходов, он практически не требовал больше никаких затрат и представлял собой крайне рентабельное предприятие, которое могло принести доход населению Казахстана. Но Нурсултан Назарбаев решил иначе, и доллары потекли ему в карман.

Одним из предприятий-пособников казахстанского президента была бельгийская компания Трактебель. Несмотря на то, что сделанные ею предложения были весьма посредствпенными, ей удавалось одержать верх над другими. Так, например, произошло в 1996 г., когда Госкомприват продал компании Трактебель Капчагайскую ГЭС, рыночная стоимость которой составляла примерно 1 миллиард долларов, всего за 2 миллиона долларов. Так случилось и в 1997 г., когда был объявлен тендер на передачу частным инвесторам газотранспортной системы Казахстана. Лучшее предложение поступило от компании Gaz de France, худшее – от компании Трактебель. По команде президента победителем в тендере была объявлена компания Трактебель. Министру энергетики, вынужденному дать свое согласие, так как остальные 14 членов комиссии подписали протокол заседания тендерной комиссии, удалось включить в контракт дополнительное обязательное условие для победителя тендера: инвестиционную программу объемом в 650 миллионов долларов, предусматривающую окончание строительства газопровода Ташкент-Алматы (1500 мм), постройку газо-компрессионной станции и участка газопровода, позволявшего обойти город Бишкек. В итоге была осуществлена лишь часть инвестиций (газопровод Ташкент-Алматы).

В 1996 г. на Международном экономическом Форуме, проходившем в Кран-Монтане, Виктор Храпунов случайно узнал о том, что компания Трактебель вскоре получит в собственность АлматыЭнерго, одно из главных энергетических предприятий Казахстана. Он выразил свое возмущение и заявил бельгийцам, что пока он находится на посту Министра энергетики, АлматыЭнерго будет оставаться в руках государства. В ноябре того же года президент направил министра энергетики в Лондон для работы по незначительному делу. Вернувшись в Алматы, он обнаружил, что АлматыЭнерго, оценочная стоимость которого могла составлять до 2-х миллиардов долларов, была продана компании Трактебель за 5 миллионов долларов. Не в силах помешать проведению этой сделки, Виктор Храпунов добавил к числу условия договора инвестиционную программу объемом в 700 миллионов долларов, включающую в себя строительство Кербулакской ГЭС, контррегулятор Капчагайской ГЭС на реке Или, установку двух блоков мощностью по 100 Мвт каждый на Алматинской ТЭЦ№2 с возможностью расторжения договора в случае невыполнения данного условия.

В 1997 г. в Бельгии было возбуждено уголовное дело в отношении компании Трактебель и одного из ее руководителей (Николаса Атеринаса), обвиняемого в даче взятки в размере 50 миллионов долларов за возможность приобрести АлматыЭнерго.

Более успешно Н.Назарбаев провел приватизацию в угольной промышленности Казахстана, которая в советское время добывала более 150 млн.тонн угля в год. Два мощных объединения: Карагандауголь, добывавший более 50 млн.тонн угля, включало в себя 38 угольных шахт, Экибастузуголь, добывающий уголь открытым способом, добывало 100 млн. тонн угля в год.

После развала Советского Союза уголь добываемый шахтным способом из-за его высокой стоимости, стал не востребован. Россия и Украина куда поставлялось около 80% этого  угля, отказались от него. Успешно продолжали работать только восемь шахт, добывающие коксующиеся угли, который они поставляли на Карагандинский металлургический комбинат. Министр предложил продать по рыночной цене эти восемь шахт, финансовые ресурсы направить на закрытие нерентабельных шахт. Но президент поступил по иному, за беcценок шахты были переданы  Митталу (Карметкомбинат), а деньги из бюджета республики через Экзимбанк, принадлежащий его аффилированной компании, направлялись на закрытие шахт, усугубляя нехватку финансов.

Объединение Экибастузуголь по поручению президента, было разделено на отдельные разрезы и разрезы были по его указанию переданы в частную собственность. Разрез Восточный мощностью 18 млн.тонн угля в год был отдан Евразийской компании, аффилированной с президентом. Самый мощный разрез Богатырь мошностью 50 млн.тонн был по заниженной цене реализован Л.Блаватнику, который через короткий промежуток времени перепродал этот разрез  и получил миллиардные прибыли.

Вот это и есть приватизация по-Назарбаевски.


Главная задача – энергетическая независимость

О проблемах, стоящих перед энергетиками Казахстана рассказывает министр энергетики и угольной промышленности Республики Казахстан В. Храпунов.
Скачайте материал в формате PDF